О скромном лидерстве… без лишней скромности.
Почему humility может быть ресурсом эффективного лидерства в современных организациях
1 февраля, 2026 Сергей Титов, эксперт МитЛаб.
О скромном лидерстве… без лишней скромности.
Почему humility может быть ресурсом эффективного лидерства в современных организациях
1 февраля, 2026 Сергей Титов
Лидерство и скромность… что может быть общего между этими двумя понятиями? Разве лидер не должен быть ярким, уверенным в себе, решительным, напористым?
Лидерство и скромность… что может быть общего между этими двумя понятиями? Разве лидер не должен быть ярким, уверенным в себе, решительным, напористым?
Расхожий образ лидера — это, если и не маккиавелизирующий «волк с Уолл-стрит», то энергичный, подчас дерзкий, в значительной степени властный и доминирующий харизматик, способный увлекать других и подчинять себе и обстоятельства, и людей. А скромность? Данный эпитет больше вызывает ассоциации с «тургеневскими» женскими образами классической русской литературы, для которых «скромность почиталась тогда необходимой принадлежностью» (Пушкин, 1837). Или же социально-психологической завесой для прикрытия «слабости, робости, безволия…, нерешительности…» (Бердяев, 1911). На высококонкурентных рынках человеческих сверхамбиций и в запутанных коридорах корпоративных иерархий побеждают акулы бизнеса, титаны и стоики без страха и упрека.
Но как это ни удивительно, скромность уже достаточно давно оказалась под микроскопом серьезных научных исследований в области менеджмента и предпринимательства. И похоже, она является одной из важных добродетелей для эффективных лидеров современных компаний. Но прежде определимся с понятиями. Тем более что у скромности бывают и не самые конструктивные проявления – ложная, напускная, а то и иезуитская скромность.
В своем недавнем исследовании скромности лидеров партнер «МитЛаб» Титов Сергей, вместе с коллегами из Австралии, Нидерландов, Объединенный Арабских Эмиратов и США, провели систематический обзор весьма богатой на сегодняшний день научной литературы по данной теме (Pathak et al., 2024). Авторы обобщили, что скромность лидера проявляется в его готовности объективно оценивать себя, признавать сильные стороны и вклад других людей, осознавать ограниченность своих способностей и активно обучаться для их развития, быть открытым к любой обратной связи и новому опыту (Owens et al., 2013). Среди других встречающихся в научных исследованиях граней скромности лидеров они также выявили отсутствие стремления к контролю, признание роли удачи и везения, ориентация на коллектив, низкое беспокойство о превосходстве.
Но как это ни удивительно, скромность уже достаточно давно оказалась под микроскопом серьезных научных исследований в области менеджмента и предпринимательства. И похоже, она является одной из важных добродетелей для эффективных лидеров современных компаний. Но прежде определимся с понятиями. Тем более что у скромности бывают и не самые конструктивные проявления – ложная, напускная, а то и иезуитская скромность.
В своем недавнем исследовании скромности лидеров партнер «МитЛаб» Титов Сергей, вместе с коллегами из Австралии, Нидерландов, Объединенный Арабских Эмиратов и США, провели систематический обзор весьма богатой на сегодняшний день научной литературы по данной теме (Pathak et al., 2024). Авторы обобщили, что скромность лидера проявляется в его готовности объективно оценивать себя, признавать сильные стороны и вклад других людей, осознавать ограниченность своих способностей и активно обучаться для их развития, быть открытым к любой обратной связи и новому опыту (Owens et al., 2013). Среди других встречающихся в научных исследованиях граней скромности лидеров они также выявили отсутствие стремления к контролю, признание роли удачи и везения, ориентация на коллектив, низкое беспокойство о превосходстве.
Расхожий образ лидера — это, если и не маккиавелизирующий «волк с Уолл-стрит», то энергичный, подчас дерзкий, в значительной степени властный и доминирующий харизматик, способный увлекать других и подчинять себе и обстоятельства, и людей. А скромность? Данный эпитет больше вызывает ассоциации с «тургеневскими» женскими образами классической русской литературы, для которых «скромность почиталась тогда необходимой принадлежностью» (Пушкин, 1837). Или же социально-психологической завесой для прикрытия «слабости, робости, безволия…, нерешительности…» (Бердяев, 1911). На высококонкурентных рынках человеческих сверхамбиций и в запутанных коридорах корпоративных иерархий побеждают акулы бизнеса, титаны и стоики без страха и упрека.
Но как это ни удивительно, скромность уже достаточно давно оказалась под микроскопом серьезных научных исследований в области менеджмента и предпринимательства. И похоже, она является одной из важных добродетелей для эффективных лидеров современных компаний. Но прежде определимся с понятиями. Тем более что у скромности бывают и не самые конструктивные проявления – ложная, напускная, а то и иезуитская скромность.
В своем недавнем исследовании скромности лидеров партнер «МитЛаб» Титов Сергей, вместе с коллегами из Австралии, Нидерландов, Объединенный Арабских Эмиратов и США, провели систематический обзор весьма богатой на сегодняшний день научной литературы по данной теме (Pathak et al., 2024). Авторы обобщили, что скромность лидера проявляется в его готовности объективно оценивать себя, признавать сильные стороны и вклад других людей, осознавать ограниченность своих способностей и активно обучаться для их развития, быть открытым к любой обратной связи и новому опыту (Owens et al., 2013). Среди других встречающихся в научных исследованиях граней скромности лидеров они также выявили отсутствие стремления к контролю, признание роли удачи и везения, ориентация на коллектив, низкое беспокойство о превосходстве.
Но как это ни удивительно, скромность уже достаточно давно оказалась под микроскопом серьезных научных исследований в области менеджмента и предпринимательства. И похоже, она является одной из важных добродетелей для эффективных лидеров современных компаний. Но прежде определимся с понятиями. Тем более что у скромности бывают и не самые конструктивные проявления – ложная, напускная, а то и иезуитская скромность.
В своем недавнем исследовании скромности лидеров партнер «МитЛаб» Титов Сергей, вместе с коллегами из Австралии, Нидерландов, Объединенный Арабских Эмиратов и США, провели систематический обзор весьма богатой на сегодняшний день научной литературы по данной теме (Pathak et al., 2024). Авторы обобщили, что скромность лидера проявляется в его готовности объективно оценивать себя, признавать сильные стороны и вклад других людей, осознавать ограниченность своих способностей и активно обучаться для их развития, быть открытым к любой обратной связи и новому опыту (Owens et al., 2013). Среди других встречающихся в научных исследованиях граней скромности лидеров они также выявили отсутствие стремления к контролю, признание роли удачи и везения, ориентация на коллектив, низкое беспокойство о превосходстве.
“
Скромность лидера — это не слабость, а осознанность своих границ и готовность учиться.
“
Скромность лидера — это не слабость, а осознанность своих границ и готовность учиться.
Обобщение имеющихся исследований позволило Титову Сергею и его коллегам показать, что:
Но не вполне очевидной казалась связь скромности и харизмы лидеров и их влияние на результаты лидерства, такие как воспринимаемая эффективность лидера и удовлетворенность лидером. Для выяснения этих связей Сергей с коллегами реализовали эмпирическое исследование, в котором приняли участие около 250 российских респондентов. Исследование было построение на оригинальной методике квази-эксперимента. Опрашиваемых попросили представить, что они являются участниками проектов, которые руководятся лидерами с различными уровнями харизмы и скромности. Анализ данных проводился с использованием современной методики моделирования структурными уравнениями. Что же удалось установить?
Таким образом, влияние скромности и ее связь с харизмой лидера в России хоть и положительно, не вполне однозначно. В целом, прослеживается важная для лидерства роль скромности, но ее влияние простирается только на отдельные аспекты результативности лидера. Данные результаты можно объяснить культурным и структурным контекстом российской действительности.
В культурной перспективе, с одной стороны, исторически Россия находится под сильным и продолжительным влиянием христианского мировоззрения, где скромность признается достаточно однозначно за положительную характеристику. Богословские конструкты, сложившиеся вокруг таких евангельских понятий как духовная нищета, смирение, кротость, заметно согласуются с современным пониманием скромности лидерства (Азбука веры, n.d.). Скромность признается в качестве духовной добродетели и в других религиозных и культурных традициях народов современной России (Farris & Abdalla, 2018; Porter et al., 2016). Развернувшийся после крушения коммунистического идеологического диктата ренессанс традиционных ценностей заметно возрождает значимость скромности в общественных отношениях. С другой стороны, отголоски командно-административной системы с ее авторитетом авторитарных лидеров, возможно уже на уровне коллективного бессознательного, но тем не менее значимо формирует предпочтения сильному лидеру. Успех ярких, напористых, самоуверенных предпринимателей в период постсоветского первичного накопления капитала в еще большей степени девальвирует скромность в лидере. Также можно допустить и смену представлений о лидерстве у новых поколений сотрудников.
В больше степени, можно предположить, что значимость скромности лидерства чувствительна к отраслевому контексту. Есть основания полагать, что скромность в лидерах оказывается результативность в высокотехнологических, инновационных, креативных сферах деятельности, где авторитет лидера базируется не на властных амбициях и личностном доминировании, а на интеллекте, как рациональном, так и эмоциональном, высоком профессионализме, командной работе, мягком культурном влиянии. В такого рода бизнесе организации построены уже не на жестких иерархиях, а на гибких, плоских, самоорганизующихся сетях. В одном из авторитетных стандартов по гибкому управлению проектами подчеркивается роль обслуживающего лидерства (servant leadership). Лидеры в рамках гибкого управления вдохновляют и наделяют дополнительными полномочиями свои команды, стремятся лучше понять и удовлетворить потребности своих сотрудников, обеспечивая тем самым максимально высокую их продуктивность (Project Management Institute, 2021). Лидерство в гибких и инновационных контекстах управляют отношениями и коммуникациями, стимулируют кооперацию и открытые коммуникации, а не выступают в качестве агентов планово-распорядительных, контролирующих и надзорных инстанций.
- Скромные лидеры способны вырабатывать и эффективно транслировать общие цели компаний, эффективно вдохновлять сотрудников на активное коллективное взаимодействие для достижения организационного благополучия (Morris et al., 2005).
- Скромность лидеров способствует формированию условий, благоприятствующих организационному обучению и удержанию талантов (Eragula, 2015).
- Скромность улучшает креативность сотрудников (Hu et al., 2018) и их командную работу (Chen et al., 2021)
- Повышает результативность проектов (Ali et al., 2021) и инновационной деятельности компаний (Zhang et al., 2017).
Но не вполне очевидной казалась связь скромности и харизмы лидеров и их влияние на результаты лидерства, такие как воспринимаемая эффективность лидера и удовлетворенность лидером. Для выяснения этих связей Сергей с коллегами реализовали эмпирическое исследование, в котором приняли участие около 250 российских респондентов. Исследование было построение на оригинальной методике квази-эксперимента. Опрашиваемых попросили представить, что они являются участниками проектов, которые руководятся лидерами с различными уровнями харизмы и скромности. Анализ данных проводился с использованием современной методики моделирования структурными уравнениями. Что же удалось установить?
- Влияние харизмы и скромности на удовлетворённость лидером. Результаты показали, что как лидерская харизма, так и лидерская скромность статистически значимо и положительно влияют на удовлетворённость лидером, при этом оба качества взаимно усиливают своё влияние.
- Влияние харизмы и скромности на воспринимаемую эффективность лидера. Было выявлено положительное влияние харизмы на воспринимаемую эффективность лидера, тогда как влияние скромности на данный показатель статистически значимым не оказалось.
Таким образом, влияние скромности и ее связь с харизмой лидера в России хоть и положительно, не вполне однозначно. В целом, прослеживается важная для лидерства роль скромности, но ее влияние простирается только на отдельные аспекты результативности лидера. Данные результаты можно объяснить культурным и структурным контекстом российской действительности.
В культурной перспективе, с одной стороны, исторически Россия находится под сильным и продолжительным влиянием христианского мировоззрения, где скромность признается достаточно однозначно за положительную характеристику. Богословские конструкты, сложившиеся вокруг таких евангельских понятий как духовная нищета, смирение, кротость, заметно согласуются с современным пониманием скромности лидерства (Азбука веры, n.d.). Скромность признается в качестве духовной добродетели и в других религиозных и культурных традициях народов современной России (Farris & Abdalla, 2018; Porter et al., 2016). Развернувшийся после крушения коммунистического идеологического диктата ренессанс традиционных ценностей заметно возрождает значимость скромности в общественных отношениях. С другой стороны, отголоски командно-административной системы с ее авторитетом авторитарных лидеров, возможно уже на уровне коллективного бессознательного, но тем не менее значимо формирует предпочтения сильному лидеру. Успех ярких, напористых, самоуверенных предпринимателей в период постсоветского первичного накопления капитала в еще большей степени девальвирует скромность в лидере. Также можно допустить и смену представлений о лидерстве у новых поколений сотрудников.
В больше степени, можно предположить, что значимость скромности лидерства чувствительна к отраслевому контексту. Есть основания полагать, что скромность в лидерах оказывается результативность в высокотехнологических, инновационных, креативных сферах деятельности, где авторитет лидера базируется не на властных амбициях и личностном доминировании, а на интеллекте, как рациональном, так и эмоциональном, высоком профессионализме, командной работе, мягком культурном влиянии. В такого рода бизнесе организации построены уже не на жестких иерархиях, а на гибких, плоских, самоорганизующихся сетях. В одном из авторитетных стандартов по гибкому управлению проектами подчеркивается роль обслуживающего лидерства (servant leadership). Лидеры в рамках гибкого управления вдохновляют и наделяют дополнительными полномочиями свои команды, стремятся лучше понять и удовлетворить потребности своих сотрудников, обеспечивая тем самым максимально высокую их продуктивность (Project Management Institute, 2021). Лидерство в гибких и инновационных контекстах управляют отношениями и коммуникациями, стимулируют кооперацию и открытые коммуникации, а не выступают в качестве агентов планово-распорядительных, контролирующих и надзорных инстанций.
В российской экономике инновационно-активные и высокотехнологические отрасли играют важную роль, но все еще не формируют большую долю национального продукта. Поэтому, возможно, роль скромного лидера пока еще достаточно скромна и неоднозначна. Организации в традиционно развитых сферах российской экономики, в нефтяной и газовой отрасли, в сельском хозяйстве и строительстве, в военно-промышленном комплексе относительно недавно начали развитие своих инновационных корпоративных экосистем и во многом продолжают ориентироваться на более традиционные административно-командные представления о лидерстве. А в торговле и некоторых сферах услуг сказываются ценности агрессивно-предпринимательского «достигаторского» лидерства.
Выявленную неоднозначную роль скромности лидерства, конечно же, не стоит рассматривать как некую ущербность и отставание в развитии практических концепций лидерства в нашей стране. Наоборот, полученные результаты заставляют задуматься над чувствительностью лидерства в конкретной ситуации. Совершенно не стоит рассматривать скромное лидерство, при всем его кажущемся кому-то обаянии, результативным для каждой отрасли, компании и конкретного руководителя. Также не представляется обоснованным считать скромное лидерство как более прогрессивный тип, повсеместное распространение которого вот-вот наступит в связи с надвигающейся ультра-бирюзовой эрой Водолея.
С другой стороны, нельзя и отрицать того, что скромное лидерство эффективно в определенных контекстах. Судя по повышению как исследовательского, так и практического интереса к таким мягким формам лидерства как обслуживающее (Greenleaf, 2002), трансформационное (Bass, 1990), этическое (Brown et al., 2005), аутентичное (Avolio et al., 2004) лидерство, которые явно или неявно пересекаются со скромностью, интерес к скромности как качеству лидера будет расти. И есть основания предполагать, что скромность и другие характеристики «мягкого» лидерства оказываются более результативными в инновационно-активных сферах деятельности. Многочисленные исследования в разных странах выявили положительно влияние скромности лидера на инновационность компании (Mallén et al., 2020; Zhoe & Wu, 2018; Leblanc et al., 2022). В своем обзоре исследований по скромному лидерству Kelement et al. (2023) обнаружили положительное его положительное влияние не только на инновационность, но и на организационное обучение, удовлетворенность лидером, эффективность лидера, удержание сотрудников, этичность поведения, удовлетворенность работой, осознаваемую значимость работы, адаптивность и проактивность, а также в целом на результативность команд и компаний.
Какие же выводы можно сделать из проведенного исследования?
Во-первых, стили лидерства имеют ситуативную результативность. В различных контекстах требуются различные стили. А раз так, то современному руководителю надо осваивать самые различные стили лидерства и использовать их в зависимости от обстановки. Это видимо требует определенной психологической эластичности.
Во-вторых, видимо для инновационной деятельности действительно надо применять более «мягкие» формы скромного лидерства.
В-третьих, можно быть харизматичным и скромным лидером одновременно. Если вам по характеру свойственна скромность, не становитесь жертвой стереотипов. У вас есть все возможности стать эффективным лидером, способным вдохновлять и вести своих сподвижников к новым достижениям.
Выявленную неоднозначную роль скромности лидерства, конечно же, не стоит рассматривать как некую ущербность и отставание в развитии практических концепций лидерства в нашей стране. Наоборот, полученные результаты заставляют задуматься над чувствительностью лидерства в конкретной ситуации. Совершенно не стоит рассматривать скромное лидерство, при всем его кажущемся кому-то обаянии, результативным для каждой отрасли, компании и конкретного руководителя. Также не представляется обоснованным считать скромное лидерство как более прогрессивный тип, повсеместное распространение которого вот-вот наступит в связи с надвигающейся ультра-бирюзовой эрой Водолея.
С другой стороны, нельзя и отрицать того, что скромное лидерство эффективно в определенных контекстах. Судя по повышению как исследовательского, так и практического интереса к таким мягким формам лидерства как обслуживающее (Greenleaf, 2002), трансформационное (Bass, 1990), этическое (Brown et al., 2005), аутентичное (Avolio et al., 2004) лидерство, которые явно или неявно пересекаются со скромностью, интерес к скромности как качеству лидера будет расти. И есть основания предполагать, что скромность и другие характеристики «мягкого» лидерства оказываются более результативными в инновационно-активных сферах деятельности. Многочисленные исследования в разных странах выявили положительно влияние скромности лидера на инновационность компании (Mallén et al., 2020; Zhoe & Wu, 2018; Leblanc et al., 2022). В своем обзоре исследований по скромному лидерству Kelement et al. (2023) обнаружили положительное его положительное влияние не только на инновационность, но и на организационное обучение, удовлетворенность лидером, эффективность лидера, удержание сотрудников, этичность поведения, удовлетворенность работой, осознаваемую значимость работы, адаптивность и проактивность, а также в целом на результативность команд и компаний.
Какие же выводы можно сделать из проведенного исследования?
Во-первых, стили лидерства имеют ситуативную результативность. В различных контекстах требуются различные стили. А раз так, то современному руководителю надо осваивать самые различные стили лидерства и использовать их в зависимости от обстановки. Это видимо требует определенной психологической эластичности.
Во-вторых, видимо для инновационной деятельности действительно надо применять более «мягкие» формы скромного лидерства.
В-третьих, можно быть харизматичным и скромным лидером одновременно. Если вам по характеру свойственна скромность, не становитесь жертвой стереотипов. У вас есть все возможности стать эффективным лидером, способным вдохновлять и вести своих сподвижников к новым достижениям.
Обобщение имеющихся исследований позволило Титову Сергею и его коллегам показать, что:
Но не вполне очевидной казалась связь скромности и харизмы лидеров и их влияние на результаты лидерства, такие как воспринимаемая эффективность лидера и удовлетворенность лидером. Для выяснения этих связей Сергей с коллегами реализовали эмпирическое исследование, в котором приняли участие около 250 российских респондентов. Исследование было построение на оригинальной методике квази-эксперимента. Опрашиваемых попросили представить, что они являются участниками проектов, которые руководятся лидерами с различными уровнями харизмы и скромности. Анализ данных проводился с использованием современной методики моделирования структурными уравнениями. Что же удалось установить?
Таким образом, влияние скромности и ее связь с харизмой лидера в России хоть и положительно, не вполне однозначно. В целом, прослеживается важная для лидерства роль скромности, но ее влияние простирается только на отдельные аспекты результативности лидера. Данные результаты можно объяснить культурным и структурным контекстом российской действительности.
В культурной перспективе, с одной стороны, исторически Россия находится под сильным и продолжительным влиянием христианского мировоззрения, где скромность признается достаточно однозначно за положительную характеристику. Богословские конструкты, сложившиеся вокруг таких евангельских понятий как духовная нищета, смирение, кротость, заметно согласуются с современным пониманием скромности лидерства (Азбука веры, n.d.). Скромность признается в качестве духовной добродетели и в других религиозных и культурных традициях народов современной России (Farris & Abdalla, 2018; Porter et al., 2016). Развернувшийся после крушения коммунистического идеологического диктата ренессанс традиционных ценностей заметно возрождает значимость скромности в общественных отношениях. С другой стороны, отголоски командно-административной системы с ее авторитетом авторитарных лидеров, возможно уже на уровне коллективного бессознательного, но тем не менее значимо формирует предпочтения сильному лидеру. Успех ярких, напористых, самоуверенных предпринимателей в период постсоветского первичного накопления капитала в еще большей степени девальвирует скромность в лидере. Также можно допустить и смену представлений о лидерстве у новых поколений сотрудников.
В больше степени, можно предположить, что значимость скромности лидерства чувствительна к отраслевому контексту. Есть основания полагать, что скромность в лидерах оказывается результативность в высокотехнологических, инновационных, креативных сферах деятельности, где авторитет лидера базируется не на властных амбициях и личностном доминировании, а на интеллекте, как рациональном, так и эмоциональном, высоком профессионализме, командной работе, мягком культурном влиянии. В такого рода бизнесе организации построены уже не на жестких иерархиях, а на гибких, плоских, самоорганизующихся сетях. В одном из авторитетных стандартов по гибкому управлению проектами подчеркивается роль обслуживающего лидерства (servant leadership). Лидеры в рамках гибкого управления вдохновляют и наделяют дополнительными полномочиями свои команды, стремятся лучше понять и удовлетворить потребности своих сотрудников, обеспечивая тем самым максимально высокую их продуктивность (Project Management Institute, 2021). Лидерство в гибких и инновационных контекстах управляют отношениями и коммуникациями, стимулируют кооперацию и открытые коммуникации, а не выступают в качестве агентов планово-распорядительных, контролирующих и надзорных инстанций.
- Скромные лидеры способны вырабатывать и эффективно транслировать общие цели компаний, эффективно вдохновлять сотрудников на активное коллективное взаимодействие для достижения организационного благополучия (Morris et al., 2005).
- Скромность лидеров способствует формированию условий, благоприятствующих организационному обучению и удержанию талантов (Eragula, 2015).
- Скромность улучшает креативность сотрудников (Hu et al., 2018) и их командную работу (Chen et al., 2021)
- Скромность повышает результативность проектов (Ali et al., 2021) и инновационной деятельности компаний (Zhang et al., 2017).
Но не вполне очевидной казалась связь скромности и харизмы лидеров и их влияние на результаты лидерства, такие как воспринимаемая эффективность лидера и удовлетворенность лидером. Для выяснения этих связей Сергей с коллегами реализовали эмпирическое исследование, в котором приняли участие около 250 российских респондентов. Исследование было построение на оригинальной методике квази-эксперимента. Опрашиваемых попросили представить, что они являются участниками проектов, которые руководятся лидерами с различными уровнями харизмы и скромности. Анализ данных проводился с использованием современной методики моделирования структурными уравнениями. Что же удалось установить?
- Влияние харизмы и скромности на удовлетворённость лидером. Результаты показали, что как лидерская харизма, так и лидерская скромность статистически значимо и положительно влияют на удовлетворённость лидером, при этом оба качества взаимно усиливают своё влияние.
- Влияние харизмы и скромности на воспринимаемую эффективность лидера. Было выявлено положительное влияние харизмы на воспринимаемую эффективность лидера, тогда как влияние скромности на данный показатель статистически значимым не оказалось.
Таким образом, влияние скромности и ее связь с харизмой лидера в России хоть и положительно, не вполне однозначно. В целом, прослеживается важная для лидерства роль скромности, но ее влияние простирается только на отдельные аспекты результативности лидера. Данные результаты можно объяснить культурным и структурным контекстом российской действительности.
В культурной перспективе, с одной стороны, исторически Россия находится под сильным и продолжительным влиянием христианского мировоззрения, где скромность признается достаточно однозначно за положительную характеристику. Богословские конструкты, сложившиеся вокруг таких евангельских понятий как духовная нищета, смирение, кротость, заметно согласуются с современным пониманием скромности лидерства (Азбука веры, n.d.). Скромность признается в качестве духовной добродетели и в других религиозных и культурных традициях народов современной России (Farris & Abdalla, 2018; Porter et al., 2016). Развернувшийся после крушения коммунистического идеологического диктата ренессанс традиционных ценностей заметно возрождает значимость скромности в общественных отношениях. С другой стороны, отголоски командно-административной системы с ее авторитетом авторитарных лидеров, возможно уже на уровне коллективного бессознательного, но тем не менее значимо формирует предпочтения сильному лидеру. Успех ярких, напористых, самоуверенных предпринимателей в период постсоветского первичного накопления капитала в еще большей степени девальвирует скромность в лидере. Также можно допустить и смену представлений о лидерстве у новых поколений сотрудников.
В больше степени, можно предположить, что значимость скромности лидерства чувствительна к отраслевому контексту. Есть основания полагать, что скромность в лидерах оказывается результативность в высокотехнологических, инновационных, креативных сферах деятельности, где авторитет лидера базируется не на властных амбициях и личностном доминировании, а на интеллекте, как рациональном, так и эмоциональном, высоком профессионализме, командной работе, мягком культурном влиянии. В такого рода бизнесе организации построены уже не на жестких иерархиях, а на гибких, плоских, самоорганизующихся сетях. В одном из авторитетных стандартов по гибкому управлению проектами подчеркивается роль обслуживающего лидерства (servant leadership). Лидеры в рамках гибкого управления вдохновляют и наделяют дополнительными полномочиями свои команды, стремятся лучше понять и удовлетворить потребности своих сотрудников, обеспечивая тем самым максимально высокую их продуктивность (Project Management Institute, 2021). Лидерство в гибких и инновационных контекстах управляют отношениями и коммуникациями, стимулируют кооперацию и открытые коммуникации, а не выступают в качестве агентов планово-распорядительных, контролирующих и надзорных инстанций.
В российской экономике инновационно-активные и высокотехнологические отрасли играют важную роль, но все еще не формируют большую долю национального продукта. Поэтому, возможно, роль скромного лидера пока еще достаточно скромна и неоднозначна. Организации в традиционно развитых сферах российской экономики, в нефтяной и газовой отрасли, в сельском хозяйстве и строительстве, в военно-промышленном комплексе относительно недавно начали развитие своих инновационных корпоративных экосистем и во многом продолжают ориентироваться на более традиционные административно-командные представления о лидерстве. А в торговле и некоторых сферах услуг сказываются ценности агрессивно-предпринимательского «достигаторского» лидерства.
Выявленную неоднозначную роль скромности лидерства, конечно же, не стоит рассматривать как некую ущербность и отставание в развитии практических концепций лидерства в нашей стране. Наоборот, полученные результаты заставляют задуматься над чувствительностью лидерства в конкретной ситуации. Совершенно не стоит рассматривать скромное лидерство, при всем его кажущемся кому-то обаянии, результативным для каждой отрасли, компании и конкретного руководителя. Также не представляется обоснованным считать скромное лидерство как более прогрессивный тип, повсеместное распространение которого вот-вот наступит в связи с надвигающейся ультра-бирюзовой эрой Водолея.
С другой стороны, нельзя и отрицать того, что скромное лидерство эффективно в определенных контекстах. Судя по повышению как исследовательского, так и практического интереса к таким мягким формам лидерства как обслуживающее (Greenleaf, 2002), трансформационное (Bass, 1990), этическое (Brown et al., 2005), аутентичное (Avolio et al., 2004) лидерство, которые явно или неявно пересекаются со скромностью, интерес к скромности как качеству лидера будет расти. И есть основания предполагать, что скромность и другие характеристики «мягкого» лидерства оказываются более результативными в инновационно-активных сферах деятельности. Многочисленные исследования в разных странах выявили положительно влияние скромности лидера на инновационность компании (Mallén et al., 2020; Zhoe & Wu, 2018; Leblanc et al., 2022). В своем обзоре исследований по скромному лидерству Kelement et al. (2023) обнаружили положительное его положительное влияние не только на инновационность, но и на организационное обучение, удовлетворенность лидером, эффективность лидера, удержание сотрудников, этичность поведения, удовлетворенность работой, осознаваемую значимость работы, адаптивность и проактивность, а также в целом на результативность команд и компаний.
Какие же выводы можно сделать из проведенного исследования?
Во-первых, стили лидерства имеют ситуативную результативность. В различных контекстах требуются различные стили. А раз так, то современному руководителю надо осваивать самые различные стили лидерства и использовать их в зависимости от обстановки. Это видимо требует определенной психологической эластичности.
Во-вторых, видимо для инновационной деятельности действительно надо применять более «мягкие» формы скромного лидерства.
В-третьих, можно быть харизматичным и скромным лидером одновременно. Если вам по характеру свойственна скромность, не становитесь жертвой стереотипов. У вас есть все возможности стать эффективным лидером, способным вдохновлять и вести своих сподвижников к новым достижениям.
Выявленную неоднозначную роль скромности лидерства, конечно же, не стоит рассматривать как некую ущербность и отставание в развитии практических концепций лидерства в нашей стране. Наоборот, полученные результаты заставляют задуматься над чувствительностью лидерства в конкретной ситуации. Совершенно не стоит рассматривать скромное лидерство, при всем его кажущемся кому-то обаянии, результативным для каждой отрасли, компании и конкретного руководителя. Также не представляется обоснованным считать скромное лидерство как более прогрессивный тип, повсеместное распространение которого вот-вот наступит в связи с надвигающейся ультра-бирюзовой эрой Водолея.
С другой стороны, нельзя и отрицать того, что скромное лидерство эффективно в определенных контекстах. Судя по повышению как исследовательского, так и практического интереса к таким мягким формам лидерства как обслуживающее (Greenleaf, 2002), трансформационное (Bass, 1990), этическое (Brown et al., 2005), аутентичное (Avolio et al., 2004) лидерство, которые явно или неявно пересекаются со скромностью, интерес к скромности как качеству лидера будет расти. И есть основания предполагать, что скромность и другие характеристики «мягкого» лидерства оказываются более результативными в инновационно-активных сферах деятельности. Многочисленные исследования в разных странах выявили положительно влияние скромности лидера на инновационность компании (Mallén et al., 2020; Zhoe & Wu, 2018; Leblanc et al., 2022). В своем обзоре исследований по скромному лидерству Kelement et al. (2023) обнаружили положительное его положительное влияние не только на инновационность, но и на организационное обучение, удовлетворенность лидером, эффективность лидера, удержание сотрудников, этичность поведения, удовлетворенность работой, осознаваемую значимость работы, адаптивность и проактивность, а также в целом на результативность команд и компаний.
Какие же выводы можно сделать из проведенного исследования?
Во-первых, стили лидерства имеют ситуативную результативность. В различных контекстах требуются различные стили. А раз так, то современному руководителю надо осваивать самые различные стили лидерства и использовать их в зависимости от обстановки. Это видимо требует определенной психологической эластичности.
Во-вторых, видимо для инновационной деятельности действительно надо применять более «мягкие» формы скромного лидерства.
В-третьих, можно быть харизматичным и скромным лидером одновременно. Если вам по характеру свойственна скромность, не становитесь жертвой стереотипов. У вас есть все возможности стать эффективным лидером, способным вдохновлять и вести своих сподвижников к новым достижениям.
Титов Сергей Анатольевич, эксперт МитЛаб, доцент НИУ ВШЭ